В последнее время основное ощущение от РИ - "меня там не было, а если был, то это не имеет значения".
Интересно, что с этим делать, переставать играть или переставать париться...

Вот так вот пытаешься с утра досмотреть кошмарик про учебу и проспать работу. Ну или хотя бы объяснить, что никуда не встанешь и не пойдешь, потому что сил нет даже сдохнуть.
И тут тебя будят.
Арфой.
Громко.
Вот уроды...

Что характерно, с арфой был Сашка.
Что еще характернее, окончательно проснулся я потому, что играл он как раз НЕ отвратительно. А вполне даже... ну, насколько это можно на арфе, расстроенной в пень.

Думал, что не пишу про любовь. Написал. Много раз.
Серия вторая - думал, что не пишу про политику...
Хотя, конечно, оно не про современную политику и лиргерой меня сильно старше.

*
Шагая мимо, времена и нравы,
Мне не позволят оставаться правым,
Мне не позволят жить, дышать, звучать

(поскольку выживаю - только в звуке,
И в звуке - мысли, жесты, души, руки
Моих любимых, яркая свеча -

- на подоконнике, а может - на могиле).

Вот - не дышу. Черчу на слое пыли
На подоконнике про "прочее пройдет"
За окнами трещит и тает лед
(буквально слово "лед" не понимайте,
поскольку время - середина мая).
Но май - пройдет. Как прочее пройдет

Пройдут широким шагом по брусчатке
Истории оставив отпечатки,
Историкам - на радость и к труду -

Политики, армейцы, экстремисты,
Милитаристы, интернационалисты -
Вольны катиться в ад и жить в аду;
Вольны катиться - времена и нравы...

Но Родина - она имеет право
Сказать мне "На ...й - вон туда!".
И я пойду.

Вау, а это левел-ап.
После игры меня упомянули всего в одном отчете, мимоходом, и мне от этого внезапно не невыносимо плохо. И даже вообще не плохо.
Возможно, конечно, потому, что плохо мне совсем по другим причинам. Но левел-ап же...

А вот чего бы почитать по 37 году, и репрессиям, так, чтобы ВООБЩЕ без оценок? Только факты, возможно, плюс анализ формата "что из чего следует". Но ничего в ключе "те были правы, те не очень, а те вообще пострадали ни за что".

Три "судьбоносных" встречи
В хронологическом порядке: Алла Вильямовна, Сафир, Тас
И на самом деле тут должно быть еще три человека

Три любимых стихотворения
Йольф, "...и даже век спустя"
Друнина, "Пусть больно, пусть очень больно..."
Тас, "Иных привычек не перебороть..."

Три привычки, которые мешают
"Залипать" в комьютер
Тратить очень много времени на душ
Ездить домой на транспорте, когда можно дойти пешком

Вернулся с "Испании".
В глубокой задумчивости.
Сижу осмысляю офицерскую логику и абсолютное доверие к своей стране.
Блин, какое оно изнутри интересное, интересней, чем снаружи.
Хоть рассказ пиши.

Мда, таки еду на Испанию. Когда во фляжке сам собой обнаруживается спирт, то возникает мысль, что мироздание намекаэ. :)

На самом деле у него есть эпиграф, но, наверное, я его допишу потом, а то я сейчас внезапно очень на эмоциях, и если автор эпиграфа придет меня кусать, то я ж и испортиться могу...
А еще - одна строчка имеет два варианта. Вариант лиргероя и вариант автора, отличаются одним словом.
Ну и вообще, на самом деле это стихи про то, как жил в Хитлуме один товарищ. А потом не в Хитлуме. А потом не жил.

***
Прочнее камня,
Легче пламени,
Ярче солнечного света,
Горше травяного взвара,
Яснее воды в роднике -
Это мир мой, Господи,
Это дом мне.

Запах супа над котелком,
Выпуклый сучок
на деревянной миске,
Привычная острота пыли в ветре,
Непривычное тепло некрашеного пола,
Привычная тяжесть оружия и инструмента,
Непривычная легкость
пера и чернил,
звука и голоса,

Привычная ярость, отвычная нежность -
Все пахнет ими,всем пахнут они -
Камнем дома, огнем очага,
Сырой рассветной травой,
Мёдом цветущих яблонь;

Этим держится мой мир,
Моя ярость, которая радость;
Моя ненависть, которая любовь.

Смерть моя, боль моя, гнев мой, огонь и железо,
в вас будет пахнуть
деревянным полом,
горячим обедом,
и ранними кислыми яблоками.

Всем едущим на "Испанию" сегодня - удачи.
Присоединюсь в субботу.
No pasaran!

Чего-то давно я о себе слухов не собирал, а, наверное, зря.
Народ, а чего про меня еще прикольного ходит, кроме того, что я выжил из дайри Финдарато (то, которое засветилось в разборках с Сурелиндэ после прошлого Зиланта)?

Концерт отработали.
Кажется, получилось хорошо.

Я пытаюсь заболеть.
За два дня до концерта, да. Ну я же няшка и лапочка, да?
Горло как обожженое. В душе не знаю, как я буду им петь.
Радует только то, что моя хронь абсолютно, совершенно незаразна.

А еще в доме четыре компьютера, и вот не то чтобы я желал зла другим трем, но почему интернет умер именно на моем?

Лавриненков Владимир Дмитриевич.



О нем - И.А. Покрышкин, "Небо войны":

Лавриненков тоже пострадал от немецкой «рамы» – воздушного разведчика и корректировщика «фокке-вульф-189». Он атаковал ее над рекой Миус, там же, где пострадал Березкин, когда во время атаки столкнулся с ней. «Рама» свалилась на землю, а за ней на парашюте и Лавриненков. При раскрытии парашюта оторвало пистолет. На немецкой территории его схватили солдаты, что называется, «за ноги». При нем не было ни орденов, ни документов – только в кармашке гимнастерки последнее письмо из дому.
– Лавриненкоф? Это фамилия нам известно, – обрадовался производивший допрос немецкий офицер.
Капитан, конечно, отрицал, что это его фамилия. Но у немецких разведчиков нашелся альбом фотографий летчиков, среди которых легко можно было узнать характерное, бровастое лицо Лавриненкова. Отпираться дальше было невозможно. На летчика навалились с расспросами о дислокации, о боевых машинах наших полков. Говорить об этом или не говорить – полностью зависело от Лавриненкова, его идейной стойкости, убеждений. Он молчал. Его били. Он молчал.
В простой хате донецкого села, где происходил этот допрос, применялись методы гестаповского застенка. Но они не сломили стойкости летчика-коммуниста. Немцам не оставалось ничего другого, как отправить Лавриненкова в глубокий тыл. Авось там развяжут ему язык ужасы концлагерей и изощренные пытки. Но на всякий случай, чтобы расположить летчика к себе своим обхождением, Лавриненкова и еще одного нашего летчика-штурмовика направили в тыл не этапным порядком, не в товарняке, а в купе пассажирского вагона, за компанию с немецкими офицерами, ехавшими домой в отпуск.
И Лавриненков решил твердо: бежать, обязательно бежать, удача или гибель – все равно. Нужен был только момент. А его можно было выбрать лишь ночью.
Вот и наступила уже последняя ночь. Поезд подходил к Одессе. Конвоиры, поставив на колени и открыв свои набитые бутылками и консервами чемоданы, увлеклись едой. Автоматы отложены в сторону. Лавриненков и штурмовик сделали вид, что крепко спят. Штурмовик все время держался за гимнастерку Лавриненкова, чтобы по первому его движению броситься вместе с ним. Дыхание сдавливалось, прерывалось непреодолимым волнением.
Пировавшие за столиком о чем-то заспорили. Вот они оба наклонились к чемодану, что-то пересчитывая и укладывая.
Настала долгожданная минута. Лавриненков стукнул по чемодану. Все, что было в нем, полетело на конвоиров. Крик в купе. Советские летчики выбросились из вагона на полном ходу поезда. Удар о землю, кувыркание. Выстрелы, вспышки огня, свист пуль. Поезд отправился дальше.

Кратко
Что пишет он сам

Сходил на Юго-Западных "Ромео и Джульетту".
Потерян для мира. Капаю слюнями и издаю нечленораздельные звуки.

Первое отделение - собственно упомянутая на афише программа.
Второе отделение - будет, программа и состав обсуждается. Присоединяться к обсуждению можно и иногда даже нужно. :)

ВХОД СВОБОДНЫЙ, выход тоже. :)

Отыграли МТ.
Работа гримера и костюмера почти не понадобилась.
Наглость и ощущение "своей земли" - очень даже.
Играть хорошо танцующего персонажа проще, когда уже есть эн танцподготовки - хотя бы начинаешь понимать, что делаешь. Вообще удачный танец для меня, похоже - это когда танец по схеме воспринимается как спонтанный.
Кажется, эпизодических ролей мне уже очень мало. Что с этим делать при дикой боязни ролей второго плана и центрее - не знаю.

Отыграли Митрим-Артхаус.
Эльф без прикида подобен эльфу в прикиде, но без прикида.
Отступаловку с Нирнаэт или дортонионских партизан в камуфле я все-таки рано или поздно поставлю.
Неожиданные роли выдают неожиданные результаты. Ангрод был внезапно где-то между тем, как я вижу Фингона, Финрода и Ородрета. При отсутствии последних двух и жестком несовпадении взгляда на персонажа с первым - в общем, логично.
Отдельная великая скорбь в том, что сюжет Митрима мной слишком часто игран с одной конкретной точки зрения, чтобы эта точка зрения не включалась фактом попадания меня в сюжет.
Хотя вообще лично Ангроду мир-дружба-сильмариллы с первым домом были некритичны, ему критично было, чтобы три дома по крайней мере не мешали друг другу воевать с общим врагом.
А вот про свое решение оказать первому дому помощь - оружием, и, если потребуется, бойцами, - я пока что не могу понять, было это решение заколебавшегося об белые советы игрока или заколебавшегося об принципиальное отсутствие активной деятельности старших лордов персонажа.
Из мелких-личных-достижений:
- впервые играл персонажа, которой в магистральном сюжете и не центральная фигура, и при этом не фигура, способная никак не относиться к истории-со-спасением;
- никак не соприкоснулся со спасением и исцелением Майтимо. Реально рад и горд за себя - за наличие на невмешательство персонажных, а не игроцких причин;
- позанимался политикой, в том числе формата "а у меня своя точка зрения, и она ни с одной из ваших не совпадает". Понравилось.

А прекраснее всех все равно Аредэль и Хуан.

Раньше я думал грешным делом, что аврал - это утро, которое началось в 6 утра.
Я был неправ. Аврал - это утро, которое началось в 6 утра с операции по ампутации хвоста. Самого натурального и конкретного, крысе. Причем крысе, до того уже покусанной, с только вчера остановленным кровотечением.
 Хвост пострадал об вторую, то есть, хронологически первую нашу зверюгу, был крупно погрызен, держался на лоскуте кожи и фрагменте позвонка.

Ну что, я горжусь собой и напарником, причем напарником - гораздо больше, я только ассистировал. Ранним утром мы достаточно адекватны, чтобы подручными средствами (медицинские+маникюрные ножницы, плюс перевязочные средства из человеческой аптечки) ампутировать хвост.
Более того, мы сохраняем адекватность всю последующую неделю до глубокой ночи, когда ребенок засыпает, и можно спокойно делать крысу перевязку.
Более того, мы, кажется, даже уже можем эту перевязку не особенно просыпаясь.

Крыса носили к ветеринару, там нормально обработали рану и разобрались с последствиями кровопотери. В ветеринарке наши действия одобрили, сказали, что мы молодцы, и что не сработай мы так быстро - пришлось бы ампутироватьвесь хвост, а не кусочек. 
Сейчас, спустя 4 дня, этот товарищ хвостатый уже носится, как здоровый.

Да, теперь у нас их четверо, но четвертого мы пятый день поймать не можем, и даже где он находится, знаем достаточно примерно.

А крыс Комиссар, перекусавший остальных троих крысюков и всех трех взрослых в доме, не трогает Сашку. А Сашка его подкармливает. Елки, я тоже кормлю, но меня он уже дважды тяпнул...

Говорила мне мать однажды:
"Не ходи, сынок, на болото,
Там живет болотная ведьма,
Чернокосая ведьма Кайрин,
Обернется она страшной тварью,
Обернется она хищной щукой,
Кривозубой, зеленоглазой,
И проглотит она твое сердце".

( Read more... )

Испытываю легкий... эээ... звездец.
Смотрю на собственные квэнты к 3-4 играм, и не могу их записать. А потому что с точки зрения извне все они - такой кактус...
Вот как бы так сказать, чтобы объяснить, что для меня такие кактусы - ситуация штатная и в общем даже в моей повседневной жизни нередкая, а не обстрадалово и трэш?